Вход на сайт

Статья 343 УК: что считать порнографией?

Статьёй 343 Уголовного кодекса установлена уголовная ответственность за изготовление либо хранение с целью распространения или рекламирования либо распространение, рекламирование, трансляция или публичная демонстрация порнографических материалов или предметов порнографического характера. Такие действия наказываются общественными работами, или штрафом, или исправительными работами на срок до двух лет, или арестом. За те же действия, совершённые группой лиц по предварительному сговору, либо организованной группой или с использованием сети электросвязи (в частности, Интернета), а также за демонстрацию порнографии совершеннолетним лицом несовершеннолетнему, часть вторая данной статьи устанавливает лишь одно наказание – лишение свободы на срок от двух до четырёх лет. За детскую порнографию статьёй 343-1 УК установлена ещё более строгая ответственность.

 Чтобы определить, носит ли тот или иной предмет порнографический характер, орган уголовного преследования назначает соответствующую экспертизу. Однако по-прежнему нет объективного ответа на главный вопрос – а что считать порнографией?

 В пункте 2 Инструкции о порядке выпуска, тиражирования, показа, проката, продажи и рекламирования эротической продукции, продукции, содержащей элементы эротики, насилия и жестокости, продукции по сексуальному образованию и половому воспитанию, а также продукции сексуального назначения, утверждённой постановлением Министерства культуры Республики Беларусь от 08.05.2007 № 18, содержится следующее определение порнографии: «вульгарно-натуралистическая, омерзительно-циничная, непристойная фиксация половых сношений, самоцельная, умышленная демонстрация большей частью обнаженных гениталий, антиэстетичных сцен полового акта, сексуальных извращений, зарисовок с натуры, которые не соответствуют нравственным критериям, оскорбляют честь и достоинство личности, ставя ее на уровень проявлений животных инстинктов». Данное определение обилует оценочными определениями и даже эмоционально окрашенной лексикой, в связи с чем не может быть признано научным и объективным.

 В пункте 2 Положения о Республиканской экспертной комиссии по предотвращению пропаганды порнографии, насилия и жестокости, утверждённого постановлением Совета Министров Республики Беларусь от 22.10.2008 № 1571, есть определение порнографических материалов или предметов порнографического характера с изображением несовершеннолетнего. Под ними понимаются разновидность порнографических материалов или предметов порнографического характера, которая включает в себя материалы или предметы, содержащие любое изображение или описание ребенка (т.е. физического лица до достижения им возраста восемнадцати лет) либо воспринимающиеся как изображение или описание ребенка либо совершеннолетнего лица, имитирующего ребенка, совершающего реальные или смоделированные действия сексуального характера либо принимающего участие в совершении таких действий или в их имитации, либо реалистичное изображение, в том числе созданное с использованием анимации или электронной техники, образа ребенка, совершающего или участвующего в совершении действий сексуального характера, а равно любое изображение или описание половых органов ребенка в сексуальных целях.

 Двумя вышеуказанными определениями руководствовалась Республиканская экспертная комиссия по предотвращению пропаганды порнографии, насилия и жестокости, которая до июля 2018 года проводила экспертизу порнографических материалов. Теперь же такую экспертизу проводит Государственный комитет судебных экспертиз. Для этого был создан отдел культурологических экспертиз и подготовлено 11 государственных судебных экспертов. По словам председателя ГКСЭ Андрея Шведа, такой шаг позволит полностью исключить всякий субъективизм в оценках. Тем не менее, принципиальным образом ситуация не улучшилась, поскольку теперь определение порнографических материалов, являющееся основанием привлечения к уголовной ответственности, известно лишь экспертам-культурологам и нигде не опубликовано. Более того, методика проведения экспертизы подобных материалов всё ещё проходит апробацию, что говорит о том, что создание сектора культурологических экспертиз при ГКСЭ было поспешным и недостаточно подготовленным, а определение порнографии пока не устоялось и может в дальнейшем измениться.

 Итак, согласно ответу из ГКСЭ, в настоящее время порнографическими считаются материалы и предметы, не обладающие культурной ценностью, содержащие натуралистическое изображение (направленное, в основном, на стимуляцию сексуального возбуждения или сексуальную разрядку) анатомических подробностей наружных половых органов человека (за исключением предметов сексуального назначения) или взаимодействий и манипуляций с половыми органами или анусом.

 Главным признаком порнографии, согласно этому определению, является отсутствие культурной ценности. Этот критерий не вызывает нареканий, поскольку именно он отличает порнографию от эротики и установить его наличие может лишь эксперт в области культурологии. Вместе с тем не совсем понятно, зачем органу уголовного преследования мнение эксперта для установления остальных критериев, которые должностное лицо может удостоверить обычным осмотром соответствующего предмета. На практике для выявления детской порнографии на экспертизу выносится также вопрос о наличии изображения человека препубертатного (раннего пубертатного) периода развития. Представляется, что определение заведомости наличия на порнографическом материале несовершеннолетнего лица не должно входить в компетенцию эксперта-культуролога.

 Следующим критерием порнографии является наличие натуралистического изображения. Уголовный кодекс Республики Беларусь предусматривает, что предметами порнографического характера могут быть не только кино-, видеофильмы или изображения, но и печатные издания. В некоторых научных определениях к порнографии относят не только визуальные произведения, но и словесное описание, что позволяет признать порнографическими не только фото и видео, но и аудио или тексты. В данном случае определение белорусских культурологов использует ограничительное толкование уголовно-правовой нормы и выводит любую текстовую информацию из-под действия статей 343 и 343-1.

 А вот дальнейшие формулировки определения вызывают обеспокоенность. Так, изображение анатомических подробностей строения половых органов не будет считаться порнографией лишь в случае, если оно размещено на предметах сексуального назначения – иными словами, на продукции секс-шопов. Но как быть с фото- и видеоизображениями научного или медицинского характера? Для их отграничения можно было бы использовать такой критерий порнографии, как «направленность на стимуляцию сексуального возбуждения или сексуальную разрядку». Однако в определении ГКСЭ у этого критерия имеется оговорка – «в основном». Кроме того, определение белорусских культурологов даже не предусматривает обязательной фиксации внимания на половых органах – достаточно простого их попадания в кадр. При таких нечётких формулировках порнографией при желании можно признать видео юмористического характера или фотографии с нудистского пляжа, а демонстрация снимков обнажённых детей, которые есть в любом семейном альбоме, может запросто стать распространением детской порнографии.

 Исходя из вышеизложенного, представляется необходимым:

 1)            уточнить определение в части отнесения изображений половых органов к порнографии, исключив необоснованное отнесение к ней материалов и предметов, явно не имеющих целью стимуляцию сексуального возбуждения или сексуальную разрядку;

 2)            закрепить легальное определение порнографических материалов и предметов в Уголовном кодексе;

 3)            выносить на культурологическую экспертизу лишь вопросы культурологического характера.

Добавить комментарий

Отправляя эту форму, Вы соглашаетесь с политикой приватности Mollom.